Почему Батя целовал руки Любимой Нюси

Почему Батя целовал руки своей Любимой Нюси…

 

Мой Батя, Алексей Лукич Сологубовский,  прошел всю Великую Отечественную войну, Вторую Мировую войну против нацистов и прочих милитаристов, страшную войну, в которой нашими союзниками были антифашисты всего мира.  
Батя  был советским офицером и коммунистом! И всегда кавалеристом, хотя страшный день  22 июня 1941 года  его  и мою маму , Анну Владимировну Сологубовскую, застал  в летной школе в Монино под Москвой.

День  Великой Победы,  9 мая 1945 года,  Батя встретил  со своей бригадой на Первом Украинском фронте, где громил  бандеровцев, гитлеровских ублюдков.
Моя мама прошла вместе с Батей всю войну. Она была медсестрой и глубоко верующей христианкой! И всегда – верной боевой подругой! И родила ему сына, которого и назвали Николаем  в честь Николая Победоносца!

Позвольте процитировать, слово в слово,  краткую, сухую запись из представления Алексея Лукича Сологубовского  к правительственной награде:
«В августе 1941 года полковник Сологубовский  А.Л.  служил командиром 78-го кавалерийского полка 55-й кавалерийской дивизии.
Передовой полк дивизии под его командованием в районе Житня, Мужиново  нанес большей урон противнику, при незначительных своих потерях. В период с 19-28 сентября 1941 года, наступая на Ямполь,   его полк уничтожил до 400 фашистов, сам имел незначительные потери.
3 октября 1941 года при выходе дивизии из окружения под селом Веселая Калина первым с одним эскадроном бросился в атаку на прорыв через тракт  на вражеские танки и машины. В результате налета уничтожено до 50 машин, 3 танка, 2 бронемашины и машина с ВВ, уничтожено до 200 фашистов.
Сам   полковник Сологубовский А.Л. был контужен, комиссар полка погиб.
Несмотря на контузию, он  5 дней оставался в строю,  вывел своих бойцов из окружения, после чего в тяжелом состоянии эвакуирован в госпиталь».

И когда Батю везли умирающего в санитарном поезде на восток, – его вынесли на руках из окружения, пробиваясь с боями через заслоны фашистов, его верные бойцы и удивительно добрый военный доктор Александр Галкин,   из тысяч дорог те русские люди, кто его берег и спасал, выбрали самую верную и принесли – совершенно случайно! – моего отца в госпиталь в городе Оренбург, где тяжелораненых лечила   старшая медсестра  Нюся, Анна Владимировна Сологубовская...
Когда в Победном 1945 году  родился маленький Коленька, -  а война все еще грохотала  на Дальнем Востоке,  - весь маленький украинский городок Изяслав радовался этому событию и приветствовал советского генерала, который шел улицами Изяслава и нес в руках новорожденного. А потом  мама   отнесла  меня  в православный Храм на Лысой горе в Харькове и крестила!
 

Батя   рассказывал    еще об одном человеке…

 

О  Константине  Константиновиче Рокоссовском

 

Рокоссовский - стратег Сталинградской битвы, битвы на Курской дуге и операции «Багратион».

Батя повторял слова Рокоссовского: «Победа, но не любой ценой. Нельзя списывать человеческие жизни ради достижения цели».

Горькую чашу страданий и боли Рокоссовский испробовал сам. В 1937 году его арестовали по доносу одного подлеца, который был из тех, кто вчера  был «белым», а сегодня был «среди красных победителей».

Ему шили дело «врага  народа, агента иностранной разведки». Выбили зубы, сломали ребра,    инсценировали расстрел. Но не     сломали.

Он никого не оговорил под пытками.

Он выжил.

Он вернулся в строй Красной армии  в 40 году...

Сослуживцам запомнилась мягкая,   застенчивая улыбка Рокоссовского. Как пронес он эту улыбку через кровь  и ужасы войны?  Как не очерствел, не ожесточился?

Он был и оставался всегда Человеком.

Есть одна история, которую мне рассказывал  Батя,  в ней весь Рокоссовский. История о женщине, потерявшей на фронте мужа.  Я нашел об этой  истории рассказ в интернете, у Олега Устинова…

 

Он и Она  воевали вместе. И так случилось, что Он погиб в Восточной Пруссии, мгновенно, от осколка. Война есть война, «надо похоронить! С всеми почестями!». Но Она не дала хоронить: «Сейчас зароют, засыпят песком, ни креста, ни могилы». И стала Она  просить  у начальников разрешения перевезти его домой, в Белоруссию, похоронить там. Но кто   поможет?  Кто примет решение в ответ на ее просьбу?

И тогда Она пошла к Рокоссовскому. 

Она сказала:

«Хотите я встану перед вами на колени?»

Он: «Я вас понимаю, но он уже мертвый».

Она: «Детей нет, дом сгорел, даже фотографии пропали. Вся память о нем - в сердце. Пусть хоть могила останется».

Молча смотрит  Рокоссовский на Женщину, плачущую перед ним последними, самыми горьким словами.

Она: «А вы любили когда-нибудь товарищ маршал? Я не мужа хороню, я хороню свою любовь».

Рокоссовский подходит  к ней и целует ей   руку.

В этот же день Она  на  самолете, в который погрузили ее  погибшего Любимого, полетела домой,  в родную Белоруссию.

Рокоссовскому, как и моему Бате,  не надо было объяснять, что такое Любовь и Женская верность.

24 июня 1945 года в Москве на Красной площади состоялся парад в честь победы Советского Союза над фашистской Германией.

Командовал парадом маршал Константин Рокоссовский.

В строю, вместе с другими военачальниками, по Красной площади  прошел  твердым шагом и  мой Батя,    Алексей Лукич Сологубовский.

Вспомним слова  Рокоссовского:

  «Победа – счастье солдата, сознание того, что ты помог своему народу победить врага».

Батя не только внутренне, но и внешне похож на Рокоссовского…

Это были советские офицеры,  люди одного поколения…

И у них были Верные Боевые Подруги!

Теперь вы понимаете, почему и  Константин Константинович, и Алексей Лукич в знак  уважения и признательности целовали женщинам руки?

 

Среди друзей Бати и Анны Владимировны   был военный репортер, поэт Константин Симонов. Вот его стихи, которые они очень любили…

 

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.